Антифонт. Речи

ANTIΦΩNTOΣ. ΛΟΓΟΙ

Автор: 
Переводчик: 
Источник текста: 
Вестник древней истории, 2015, № 1-3. Публикуется с разрешения переводчика.

Суриков Игорь Евгеньевич – доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института всеобщей истории РАН, главный научный сотрудник Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского.
Igor E. Surikov
Institute of World History, Russian Academy of Sciences.
Работа выполнена при поддержке РГНФ в рамках проекта 12-01-00005а «Научный комментированный перевод корпуса речей оратора Антифонта».
Антифонт (ок. 480–411 гг. до н.э.) – первый, самый ранний представитель плеяды десяти великих аттических ораторов и единственный из них, чья жизнь целиком пришлась на V век до н.э. Он являлся также философом, одним из крупных представителей движения софистов, автором трактатов «Об истине», «О согласии» и др. (сохранившихся лишь фрагментарно). Антифонта, помимо прочего, можно назвать одним из крупнейших представителей древнегреческой юридической мысли [1] . Занимался он и политикой; в частности, в 411 г. до н.э. сыграл весьма активную роль в антидемократическом перевороте и стал одним из лидеров олигархического режима «Четырехсот». После свержения этого режима Антифонт был отдан под суд и приговорен к смертной казни.
Можно отметить еще, что Антифонт первым в Афинах открыл риторическую школу (одним из его учеников был великий Фукидид, и влияние ранних произведений Антифонта на стиль историка Пелопоннесской войны совершенно несомненно), а также и тот факт, что он изобрел ремесло логографа (сочинителя судебных речей по заказу, обычно за плату) и первым в Афинах подвизался на этом поприще. Одним словом, перед нами вырисовывается очень крупная (хочется сказать – грандиозная) фигура в интеллектуальной жизни Афин, сопоставимая по масштабу, скажем, с Сократом. Но по ряду причин Антифонту «не повезло», он находится в незаслуженном пренебрежении. В частности, в отечественной историографии Антифонтом до нас вообще никто всерьез не занимался [2] ; да и на Западе его не слишком-то жалуют (по причине его откровенно олигархических взглядов?).
Весь масштаб личности Антифонта до недавнего времени не был ясен в связи с тем, что долго отделяли друг от друга якобы двух не тождественных друг другу авторов – «Антифонта-оратора» и «Антифонта-софиста». Теперь ситуация в значительной степени изменилась, в первую очередь благодаря тому, что американский историк древнегреческого права Майкл Гагарин сумел в ряде исследований 3 блестяще обосновать тезис, согласно которому «два Антифонта» – в действительности одно и то же лицо. Ныне мало найдется ученых, придерживающихся иного мнения. В античности было известно 60 речей Антифонта; правда, Кекилий Калактийский, видный греческий филолог августовской эпохи, специально занимавшийся этим оратором, считал подлинными лишь 35 из них. До нашего же времени дошли только 6 речей. Точнее, речами в строгом смысле слова являются три из них – I («Против мачехи по обвинению в отравлении»),
V («Об убийстве Герода»), VI («О хоревте»); под номерами II, III и IV в Corpus Antiphonteum стоят «Тетралогии» – произведения несколько иного характера (см. предисловия к ним).
Все сохранившиеся сочинения Антифонта посвящены судебным делам, связанным с убийствами. Однако из этого не следует делать вывод, что нашего автора интересовала только эта проблематика; насколько можно судить, та подборка его трудов, которой мы теперь располагаем, имеет в известной степени случайный характер. Имеются фрагменты почти от двух десятков других речей Антифонта [4] , сюжеты которых весьма разнообразны: защита союзных полисов от чрезмерного повышения фороса («О форосе линдийцев», «О форосе самофракийцев»), атаки на демагогов («Против Филина») и др. Особо следует отметить последнюю и самую знаменитую речь Антифонта – «О перевороте». Эта блистательная речь, произнесенная оратором в 411 г. до н.э. в собственную защиту, не спасла его от осуждения [5] , но произвела сильнейшее впечатление на современников (Thuc. VIII. 68. 2). К глубокому сожалению, до нас она дошла тоже лишь фрагментарно.
Перевод речей Антифонта выполнен по изданиям: Antiphon. Discours / Ed. L. Gernet. P., 1965 (стереотипное переиздание издания 1923 г.); Antiphontis orationes et fragmenta / Post F. Blass edidit T. Thalheim. Stutgardiae, 1982 (стереотипное переиздание издания 1914 г.). Все скольконибудь влияющие на смысл разночтения между этими двумя важнейшими изданиями Антифонта оговариваются в комментарии.
В целом, впрочем, комментарий имеет не столько филологический, сколько исторический (точнее, даже историко-юридический) характер; он направлен на разъяснение встречающихся в тексте речей реалий, преимущественно связанных с древнегреческим правом.
Переводы всех произведений Антифонта предваряются нашими небольшими предисловиями, в которых сообщаются важнейшие сведения об этих литературных памятниках.

[1] Его называют порой даже «первым европейским правоведом» (Barta 2010, 49). На самом деле эта высокая честь принадлежит скорее Протагору (если не Анаксимандру), но и вклад Антифонта в становление античной юриспруденции весьма велик, его нельзя преуменьшать.
[2] С.Я. Лурье посвятил несколько работ софисту Антифонту (Лурье 1918а; 1918б; 1925; Luria 1926; 1963), которого он, впрочем, отделял от оратора Антифонта (о тождестве этих двух лиц см. ниже).
[3] Gagarin 1990 и особенно Gagarin 2002 (это лучшее на сегодняшний день исследование об Антифонте). В отечественной историографии см. в связи с этим: Суриков 2006; 2007.
[4] Эти фрагменты переведены нами ранее. См. Суриков 2009. О них см. также Mészáros 2008.
[5] Ferguson 1932.