Источники Феофана для периода правления Константа II (641–668 гг.) — та еще проблема. Брукс сказал, что для светской истории семьи Ираклия за это время у нас нет источников от современников. Это делает этот период одним из самых темных в истории Империи. Мы знаем об этом времени в основном из Хроники Михаила Сирина и «Хронографии» Феофана. Никифор сократил один из источников Феофана, а более поздние греческие писатели копировали либо Феофана, либо его источник.
Сначала казалось, что история правления Константа у Феофана основана на двух основных источниках: его Константинопольской хронике, которая дошла до 668 года и рассказывает о событиях в столице и императорской семье; и Всемирной хронике, которая была написана в восточных провинциях Империи, вероятно, в Сирии, и сосредоточена на наступлении арабов на Империю и внутренней истории Халифата.
Однако при ближайшем рассмотрении стало ясно, что повествование Феофана очень похоже на повествование восточных хронистов, таких как Михаил Сирин, Илия из Нисибиса и другие второстепенные сирийские хронисты. Это неожиданное сходство привело к предположению, что Константинопольская хроника Феофана заканчивалась 641 годом. Не имея других византийских исторических источников, он был вынужден полностью полагаться на повествование Хроники восточного мира.
В «Бревиарии» Никифора вообще не упоминается о правлении Константа, и причины этого пропуска неизвестны. Историческое повествование о правлении Константа в Хронике Георгия Монаха составлено по произведению Феофана.
Из своего источника в константинопольской хронике Феофан почерпнул рассказ о воцарении Константа, который не найден ни у Никифора, ни у Михаила Сирина и не скопирован Георгием Монахом.
В сентябре 641 г. (AM 6134) сенат низложил Ираклиона и Мартину, возведя на императорский трон Константа, сына Константина III и внука Ираклия, которому тогда исполнилось всего лишь 11 лет. Констант, приняв власть, обратился к Сенату, выразив ему признательность за переворот и поручив себя его опеке. Феофан процитировал речь Константа, которая казалась подлинной, возможно, взятую из Константинопольской хроники или даже из официального источника.
В октябре 641 года патриарх Пирр был низложен, и на его место был назначен Павел, эконом собора Святой Софии. Этим уведомлением кончался источник Константинопольской хроники. Информация Феофана о смерти Павла в 653 году (АМ 6145) и повторном назначении Пирра (который правил всего пять месяцев до своей смерти, и ему наследовал монофелит Петр), вероятно, взята из Vita Maximi Анастасия. Дата (АМ 6145) добавлена Феофаном из хронологического канона лет правлений императоров и патриархов Константинополя в середине седьмого века.
Необычное сходство между Феофаном и сирийскими хронистами о правлении Константа может быть объяснено хроникой восточного мира, которая была общим источником для обоих. Подробное изучение этой Хроники потребовало бы тщательного исследования средневековой сирийской хроникальной литературы, что выходит за рамки данной диссертации, цель которой состоит только в том, чтобы установить ее существование и связь с Феофаном.
Изучение истории династии Ираклия в трудах Феофана и Михаила Сирина позволяет предположить, что неопознанная хроника восточного мира содержала краткое повествование, типичное для летописной хроники правления Константа. Она также включала источники Феофана о наступлении арабов, восстаниях в провинциях империи и природных явлениях во время правления. В этих рамках выделяются три отрывка большей длины и детализации, которые, по–видимому, не являются частью оригинальной Всемирной хроники, но были позже вставлены из другой, полной хроники. Эти отрывки описывают битву при Финике в Ликии в 655 году, восстание Сабория Персогена в Армении в 667 году и его попытку заручиться поддержкой Муавии; и действия Констанса, приведшие к его бегству из Константинополя и убийству в Сиракузах, за которым последовало восстание Мизизия на Сицилии в 668 году.
Что касается правления Константа, то повествование Хроники восточного мира» можно разделить на две части: более подробное изложение трех вставленных отрывков и летописное повествование, типичное для всемирной хроники.
В 654 году (АМ 6146) Муавия, наместник Сирии, захватив Кипр, Родос и Кос, подготовил флот против Константинополя в Триполисе в Финикии. Однако, два брата, сыновья византийского трубача, освободили римских пленников в Триполисе, подняли восстание, убили арабского правителя города, сожгли флот Муавии и бежали на территорию империи. Повествование Феофана полностью совпадает с рассказом Михаила Сирина и Илии Нисибисского, которые ссылались на Иешуду, митрополита Басры, в качестве своего источника.
В 655 году (АМ 6146) сам Муавия выступил против Кесарии в Каппадокии, в то время как арабские флоты Египта и Сирии отплыли к Финику в Ликии, где Констант командовал византийским флотом. Накануне битвы Константу приснился сон, истолкованный как предвестие поражения, но он все равно вступил в бой. В морском сражении византийский флот был уничтожен, а море окрасилось кровью. Констант спасся, обменявшись одеждой с вездесущим и героичным сыном трубача, который командовал имперским флагманом, пока не был убит. Переодетый император бежал в Константинополь. Это повествование, в точности воспроизведенное Михаилом Сирином, но не Илией Нисибисским, содержит элементы популярного исторического эпоса, что отметил Острогорский, который, однако, не уточнил, что это за эпос.
В 667 году (АМ 6159) Саборий Персоген, наместник части Армении, оставшейся под Византией после перехода Феодора Ршстуни к арабам в 651 году, восстал против Константа и послал Сергия искать помощи у Муавии. Константин, старший сын Константа, послал к Муавии кубикулярия Андрея, чтобы отговорить его от поддержки предателя. В Дамаске, где Сергий и Андрей встретились с Муавией, Муавия пообещал поддержку тому, кто будет платить больше дани. Диалог между Сергием, Андреем и Муавией носил все признаки достоверности; возможно, это слабое указание на то, что более подробные фрагменты Хроники, интерполированные в восточный источник Всемирной хроники, были написаны в самом Дамаске, предположительно автором, близким ко двору халифа. Андрей покинул Дамаск, тогда как Сергий получил от Муавии обещание предоставить армию Сарборию. Однако Андрей захватил Сергия в засаде в ущельях близ Арабиcса Трипотама, изувечил его и распял. Тем временем Константин отправил патрикия Никифора с войском против Сергия, но Никифор погиб, упав с лошади в Адрианополе. Так восстание завершилось; арабские силы под командованием Фадалада и Язида опустошили Фригию, захватили Аморий и дошли до Халкидона, после чего отступили. Именно в 667 году, по мнению Пертузи, и, очевидно, в результате этого восстания, была создана фема Армения из приграничных частей бывшей провинции. Михаил Сириец, опираясь на общий для восточных хроник источник, воспроизвел рассказ о восстании в Армении под предводительством Сарбура Апарастигана; Питерс, вслед за Шабо, объяснил, что странное расхождение в именах при одинаковых событиях — это всё из–за искажённого армянского имени Пасагат. У Феофана этот Пасагат как раз фигурирует как предводитель восстания 651 года. Но Михаил Сириец про то восстание вообще не упомянул — и видимо, решил, что лидеры из двух разных событий (651 и 655 гг.) — это один и тот же человек.
В изложении Феофана событий 668 года (АМ 6160 год) можно увидеть рассказ, который более подробная Хроника, вставленная в анналистическую восточную всемирную хронику, приводила о правлении Константа в Константинополе.
Феофан перед сообщением об убийстве Константа и мятеже Мизизия в Сицилии дословно воспроизвёл материал, который ранее раздробил и разместил по соответствующим годам в своей анналистической структуре. Этот рассказ был заимствован из общего источника, в некоторых местах с меньшей степенью совпадений, Михаилом Сирийцем, а также прослеживается у других сирийских хронистов.
Таким образом, описание Феофаном событий в Константинополе и на Западе во время правления Константа взято не из византийского исторического источника.
В 661 году (АМ 6153) Констант покинул Константинополь и поселился в Сиракузах на Сицилии из–за ненависти, которую византийцы питали к нему. Эта ненависть была вызвана главным образом убийством его брата Феодосия в 660 году (АМ 6151), после того как он сначала принудил его стать священником, чтобы обезопасить права своих детей — Константина, Тиберия и Ираклия — как соправителей.
Илия Нисибисский (опираясь на Иешуду из Басры) писал, что Констант убил своего брата Феодосия, потому что тот хотел править вместе с ним. В версии Михаила Сирийца рассказ завершается замечанием, что жители Константинополя называли Константа «вторым Каином» — эту же фразу повторяет анонимный автор «Маронитской хроники».
Попытки Константа навязать монофелитство также вызвали ненависть к нему со стороны православных. В 655 году (АМ 6150) он сослал папу Мартина, доставленного в Константинополь италийским экзархом Каллиопом в 653 году, в Херсонес, где тот умер от голода и лишений в 656 году. В 657 году (АМ 6149) он отправил в ссылку отказавшегося отречься от своих убеждений Максима Исповедника, предварительно отрезав ему язык и отрубив правую руку. В том же году он подверг пыткам и изгнанию Анастасия, ученика Максима, а также другого Анастасия — апокрисиария Римской церкви.
Михаил Сириец, придерживавшийся противоположных Феофану религиозных взглядов, также упоминает об увечьях и ссылке Максима, а также об изгнании папы Мартина.
Достигнув Сиракуз в 661 году (АМ 6153), Констант вызвал к себе на Сицилию жену и троих сыновей, но жители Константинополя под предводительством кубикулария Андрея и Феодора из Колонеи не позволили им отплыть.
Согласно Михаилу Сирийцу, народ Константинополя провозгласил трех сыновей Константа автократорами и вынудил их остаться в столице. При этом Феодор Колонеиский, армянин, имевший ранг комита и друг папы Агафона, убедил того созвать в 680 году в Риме собор, утвердивший учение Максима Исповедника.
В сентябре 668 года (АМ 6160), после шести лет пребывания на Сицилии, так и не сумев остановить вторжения лангобардов в византийскую Италию и арабов в византийскую Северную Африку (что и было истинной причиной его переезда на запад), Констант был убит в собственной ванне камергером. После этого армянин Мизизий, comes obsequii, был провозглашен императором.
Константин IV во главе большого войска прибыл из Константинополя, чтобы подавить восстание в Сиракузах, в результате чего Мизизий и его главные сторонники были казнены. Повествование Михаила Сирийца практически полностью совпадает с изложением Феофана, что указывает на их общий источник.
Вопрос о том, лично ли Константин IV участвовал в подавлении мятежа Мизизия в Сиракузах, остается одним из самых сложных в византийской историографии — не в последнюю очередь из–за недостатка первоисточников.
Брукс отвергал свидетельства Феофана и Михаила Сирийца (восходящие к общему источнику) и приписывал подавление восстания италийскому экзарху, сохранившему верность Константину IV при поддержке папы Виталиана.
Напротив, Грегуар принял прямое указание Феофана и полагал, что Константин IV совершил быстрый поход на запад, но был вынужден вернуться в Константинополь из–за угрозы со стороны арабской армии под командованием Фадалада и Язида, зимовавшей в Халкидоне в 668–669 годах. Острогорский (прямо) и Васильев (неявно) поддержали гипотезу Брукса.
Феофан и Михаил Сириец завершают свои рассказы утверждением, что Константин IV вернулся в Константинополь, где правил совместно со своими братьями Тиберием и Ираклием.
Острогорский отмечал, что в VII веке византийцы проявляли мало осведомленности и интереса к событиям на Западе, о чем свидетельствует редкость их упоминаний в хрониках Феофана и Никифора. Эти хроники, основанные на источниках VII века, содержали лишь скудные сведения о Западе, что резко контрастировало с подробной информацией о Востоке.
Впрочем, Острогорский, возможно, был не совсем прав, делая отсюда вывод о преимущественном интересе Феофана и Никифора к Востоку. Скорее всего они просто не располагали достаточными источниками о событиях на Западе в VII веке.
Источник восточной всемирной хроники, с его характерной лаконичностью, послужил Феофану основой для описания восстаний против Константа в провинциях империи. Частично этот же источник был использован Михаилом Сирийцем.
В 644 году (AM 6136) патрикий Валентиниан, сыгравший ключевую роль в возведении на престол одиннадцатилетнего Константа, поднял мятеж против императора. Согласно Феофану, он был лишен командования и казнен. Однако Иоанн Никиуский сообщает иную версию: Валентиниан (называемый у него Валентином), желавший узурпировать власть, был вынужден отказаться от титула цезаря, выдать свою дочь замуж за Константа и принести клятву верности, после чего ему доверили командование армией против арабов.
Иоанн Никиуский также упоминает, что Валентин участвовал в неудачном византийском контрнаступлении под командованием Мануила с целью отвоевать Александрию (645 г.). Это частично подтверждается сообщением Дионисия Телль–Махрского о том, что в том же году патрикий Валентин, в ужасе бежал от арабов, бросив свою казну. По версии Михаила Сирийца, Валентин в итоге погиб в бою с арабами в Армении.
В 646 году (АМ 6138) Григорий, православный экзарх Карфагена, поднял восстание против Константа при поддержке населения византийской провинции и берберских племен. В 647 году (АМ 6139) арабы Египта под предводительством Абдаллы, захватив Пентаполь, вторглись в византийскую Северную Африку. Григорий погиб в сражении, а арабы, разграбив его столицу Суфетулу в Южной Бизацене, наложили на провинцию дань и ушли.
Михаил Сириец воспроизвел описание восстания Григория в Карфагене, последующего завоевания арабами Пентаполя и вторжения в провинцию Африка, однако ошибочно заключил, что Григорий вновь подчинился Константу в 647 году.
В 651 году (AM 6143), согласно Феофану, патрикий Армении Пасагнат восстал против Константа и перешел на сторону Муавии, отдав ему в заложники своего сына. Узнав об этом, Констант отправился в Кесарию Каппадокийскую в тщетной попытке удержать Армению. Однако Питерс доказал неточность повествования Феофана и установил, что верную версию событий приводит армянский историк Себеос: если Пасагнат действительно существовал, то он был подчиненным Феодора Рштуни, который на десятом году правления Константа договорился о переходе Армении под власть Муавии. Несмотря на усилия Константа сохранить лояльность провинции, на следующий год Армения окончательно подчинилась арабскому господству. Михаил Сириец опустил упоминание об этом восстании, хотя, как отмечал Питерс, оно содержалось в их общем восточном хроникальном источнике.
Восстание армянина Сабория Персогена в 667 году (AM 6159) уже обсуждалось.
Восточная всемирная хроника в своей обычной краткой форме была источником, из которого Феофан заимствовал рассказ о наступлении арабов на империю в правление Константа. Ее следы иногда прослеживаются у Дионисия Телль–Махрского и чаще у Михаила Сирийца.
В 643 году (АМ 6135) Омар воздвиг мечеть в Иерусалиме, но здание обрушилось. Жители Иерусалима объяснили это тем, что на церкви на Масличной горе, напротив места, где стояла мечеть Омара, находился крест. Впоследствии этот крест был убран, мечеть достроена и она устояла. Михаил Сириец упоминает об этом событии в согласии с рассказом Феофана и заключает замечанием, что с этого времени арабы стали врагами Креста.
В декабре 644 года (АМ 6137) халиф Омар был заколот отравленным кинжалом во время богослужения в Могайре персом–ренегатом и умер три дня спустя. Ему наследовал Усман. Михаил Сириец в своем рассказе о смерти Омара от руки христианского раба, с которым тот поступил несправедливо, в целом совпадает с версией Феофана.
В 647 году (АМ 6139) Абдалла, ненадолго сменивший Амра на посту наместника Египта, двинулся на имперскую провинцию Африка, чей экзарх Григорий годом ранее восстал против Константа и перенес свою столицу в Суфетулу в южной Бизацене, ожидая арабского нападения. Григорий был разбит в сражении, а арабы разграбили провинцию и обложили ее данью, после чего отступили. Михаил Сириец также описывает захват арабами Пентаполя и вторжение в византийскую Северную Африку, завершая свое повествование замечанием, что в следующем году Григорий вновь подчинился Константу. Феофан не упоминает о судьбе Григория, но, по мнению Острогорского, тот погиб в бою с арабами в 647 году.
В 649 году (АМ 6140) Муавия, наместник Сирии, захватил стратегически важную византийскую военно–морскую базу на Кипре, отправив флот из 1700 кораблей из Александрии — главной базы арабского флота — и разорил столицу острова Констанцию. Констант направил против него флот под командованием кубикулярия Какориза, но Муавия отступил с Кипра, чтобы осадить Арад — небольшой остров у сирийского побережья. Однако, осада оказалась неудачной, несмотря на усилия Фомариха, епископа Апамеи, убедить жителей острова сдаться. С приближением зимы Муавия снял осаду и вернулся в Дамаск.
В 650 году (АМ 6141) Муавия возобновил блокаду и на этот раз сумел захватить Арад, разорив его и выселив жителей. То внимание, которое восточная всемирная хроника уделяет подробному описанию захвата незначительного острова Арад, указывает на сирийское происхождение этого источника. Рассказ Михаила Сирийца о первой морской экспедиции Муавии, завоевании Кипра и Арада, в целом совпадает с версией Феофана. Дионисий Телль–Махрский также кратко упоминает о захвате Муавией Кипра и Арада.
В 651 году (АМ 6142) Бурсур во главе арабского войска вторгся в Исаврию и, учинив грабежи и резню, отступил, уведя с собой пять тысяч пленников. После завоевания Кипра следующим логичным объектом арабских атак стало южное побережье Малой Азии. Констант был вынужден запросить мира у Муавии через некоего Прокопия; было заключено двухлетнее перемирие ценой тяжелой дани, а также отправки в Дамаск в качестве заложника патрикия и сакеллария Григория, сына Феодора и племянника Ираклия.
В 652 году (АМ 6143) армяне под предводительством Феодора Рштуни добровольно подчинились Муавии. В 653 году (АМ 6144) Григорий умер в плену в Гелиополе; его тело было забальзамировано и затем перевезено в Константинополь для торжественного погребения в столице.
В 654 году (АМ 6145) Муавия, который за время трёхлетнего перемирия увеличил свой флот, захватил и разграбил Родос; разрушенная статуя Гелиоса, Колосс, два года спустя была продана иудейскому купцу из Эдессы как лом и вывезена на девятистах верблюдах. Согласно Михаилу Сирийцу, в том же году был взят Кос, а Крит разграблен до захвата Родоса; описание Колосса у него более подробно, чем у Феофана.
В том же году (АМ 6145) сирийский полководец Хабиб, которому, по словам Михаила Сирийца, Муавия доверил половину арабского войска, разбил византийского военачальника Мавриана в Армении и оттеснил его к самому Кавказу.
В 655 году (АМ 6146) Муавия лично, несмотря на уничтожение его флота в Триполисе (в Финикии) в 654 году, вторгся в Каппадокию со второй арабской армией и захватил Кесарию. Рассказ Михаила Сирийца о падении Кесарии перед Муавией более детализирован, чем краткое упоминание у Феофана, но, как и повествование о вторжении Хабиба в Армению, не датирован.
Поражение Константа от объединённых флотов Сирии и Египта под командованием Абдаллы у Финика в Ликии в 655 году (АМ 6146) уже обсуждалось.
В июне 656 года (АМ 6147) халиф Усман был убит в Медине Мухаммедом, сыном Абу Бакра, после восстания в Египте, а Али, предводитель мятежников, двоюродный брат и зять Пророка Мухаммеда, был провозглашён халифом.
Муавия в Дамаске отказался присягнуть Али и его поддержали арабы Сирии. В последовавшей гражданской войне между арабами Аравии и Ирака с одной стороны и сирийцами — с другой, в июле 657 года (АМ 6148) войска Али потерпели поражение при Барбалиссе на Евфрате из–за нехватки воды. Однако борьба продолжалась вплоть до убийства Али в 661 году.
В 659 году (АМ 6150) Муавия был вынужден заключить мир с Империей из–за внутренних распрей в Халифате, обязавшись выплачивать ежедневную дань в размере тысячи номисм, а также поставлять коня и раба.
В январе 661 года (АМ 6151) Али был убит в Куфе (Ирак) ударом отравленной сабли. Его сын Хасан унаследовал власть, но в мае того же года отказался от титула халифа, после чего Муавия провозгласил себя халифом в Иерусалиме и правил из Дамаска в течение двадцати четырёх лет.
Дионисий Телль–Махрский зафиксировал начало гражданской войны в Халифате и установление единоличной власти Муавии после смерти Али. То же засвидетельствовал и Михаил Сириец, однако его описание недовольства, приведшего к убийству Усмана, и последовавшей междоусобной борьбе между Али и Муавией расходится с версией, изложенной Феофаном.
Дионисий Телль–Махрский и Михаил Сириец засвидетельствовали вспышку гражданской войны в Халифате и переход власти к Муавии после гибели Али. Однако версия Михаила о причинах убийства Усмана и последующей войне Али с Муавией противоречит данным Феофана.
В 661 году (АМ 6152) Муавия подавил секту харургитов среди арабов Персии, положив начало политике преследования иракских сторонников Али в пользу сирийских арабов. Харургитам (или иракитам) разрешалось получать субсидию лишь в размере тридцати номисм в год, тогда как исамитам Сирии — до двухсот номисм.
В 662 году (АМ 6154) объединённый Халифат возобновил ежегодные грабительские набеги на византийские земли: арабы вторглись в Малую Азию, захватывали пленных и опустошали территорию перед отступлением. Михаил Сириец не упоминает ни об этом набеге, ни о последующих, которые стали регулярными, хотя арабам так и не удалось закрепиться в несемитских регионах Малой Азии.
В 663 году (АМ 6155) флот из двухсот кораблей из Александрии разграбил Сицилию, а пленных вывезли с острова в Дамаск. В 664 году (АМ 6156) Абдерахман, сын Халеда, разграбив и опустошив несколько провинций Малой Азии, перезимовал на византийской земле. В том же году (АМ 6156) пятитысячный славянский отряд, перевезённый Константом в Малую Азию после его экспедиции 658 года в оккупированные славянами Балканы, перешёл на сторону Абдерахмана и отправился с ним в Сирию, где был поселён в районе Апамеи в деревне Селевкоболос.
В 665 году (АМ 6157) Бурсур вторгся в Византийскую империю. В том же году умер Фомарих, епископ Апамейский, который в 649 г. пытался убедить жителей Арада сдаться Моавии, а епископ Эмесский был сожжён заживо. Тот факт, что Феофан был вынужден заимствовать из источника восточной всемирной хроники заметки чисто сирийского происхождения и локального характера, ясно свидетельствует об отсутствии у него византийских источников и сведений о событиях в Константинополе в правление Константа.
В 666 году (AM 6158) Бурсур вместе с Фадаладом совершил второе вторжение в империю и разорил окрестности Гексаполиса; Бурсур отступил, а Фадалад остался зимовать на территории империи.
В 667 году (АМ 6159) Муавия отправил армию на помощь Саборию Персогену, византийскому префекту Армении, который восстал против Константа и искал его поддержки. Тем временем Саборий погиб, упав с лошади в Адрианополе, и Константин, сын Константа, отправил армию под командованием патрикия Никифора подавить восстание. В Халкиде к Фадаладу, опустошившему Фригию и захватившему Аморий, присоединился Язид, сын Муавии. Фадалад вернулся в Сирию с пленными, а Язид в 668 году дошёл до Халкидона, став первым арабским военачальником, достигшим этих земель. Зимой 667 года Константин отправил кубикулярия Андрея во Фригию, где тот отвоевал Аморий и перебил гарнизон из пяти тысяч арабов, оставленных там Фадаладом. Восточная хроника в своей обычной лаконичной манере послужила Феофану источником информации об экспедиции Константа в Склавинию (то есть в оккупированные славянами Балканы) в 658 году, когда он воспользовался гражданской войной в Халифате, чтобы начать первое со времён правления Маврикия (582-602) крупное наступление на славян. Констант взял множество пленных и принудил славян признать его власть.
Примечательно, что не Михаил Сириец, а Илия Нисибисский воспроизвёл это краткое сообщение о походе Константа на славян, снова сославшись на Иешуду из Басры. Феофан, однако, вероятно по неведению прямо не упомянул о переселении Константом в Малую Азию славянских племен, которые переметнулись к Абдерахману, что еще раз свидетельствует о локальном характере его восточных источников и отсутствии византийских
Рассказ Феофана о различных природных явлениях, происходивших в царствование Константа, взят из источника всемирной восточной хроники. В декабре 645 года (АМ 6136) произошло солнечное затмение. В 647 году (АМ 6139) поднялся сильный ветер, который вырывал с корнем деревья и даже разрушал колонны столпников. Михаил Сириец описал эту страшную бурю. В 652 году (АМ 6144) с неба посыпался пепел, и всех людей охватил великий страх. В мае 659 года (АМ 6150) произошло землетрясение, которое привело к большим разрушениям как в Палестине, так и в Сирии. Илия Нисибисский, снова ссылаясь на Иешуду из Басры, воспроизводит сообщение об этом землетрясении. Зимой 667 года (АМ 6159) в Эдессе произошло сильное наводнение, в котором погибло много людей, а в небе появилась комета. Михаил Сириец также рассказывает о наводнении в Эдессе подробнее, чем Феофан, но не упоминает комету.
Историческое повествование Георгия Монаха о правлении Константа, за исключением основания секты павликиан в Армении Константином Сильваном, взято из Феофана. Георгий Монах воспроизвёл повествование Феофана о великой буре и сильном ветре в 647 году (AM 6139). Несмотря на аргументы Брукса о независимом использовании Феофаном и Георгием Монахом общего западного источника при описании навмахии 655 года (AM 6164), анализ хроникальных источников VII века показывает, что в рассказе о разгроме Константа арабами у Финика в Ликии Георгий Монах лишь сократил «Хронографию» Феофана. Гипотеза Брукса о византийском источнике этих событий не доказана. Георгий Монах пересказал события 668 годе (АМ 6160) у Феофана, который описал причины ненависти византийского народа к императору, вынудившие его покинуть Константинополь и отправиться на Запад, а также убийство Константа и восстание Мизизия в Сиракузах, которое Константин IV подавил лично.
Согласно Георгию Монаху, секта павликиан возникла в Армении, откуда они распространились в Македонию под предводительством Константина Сильвана. Они исповедовали учение Мани, но называли себя не манихеями, а павликианами в честь своего основателя Павла Самосатского. Их учение основывалось на истинном Евангелии, искажённом неписаной ересью Константина Сильвана. Павликиане обвиняли православных в ереси за то, что те почитали Деву Марию как Богородицу, принимали Христа в хлебе и вине, почитали Крест Христов и святого Петра как первого апостола. Впав в ересь, павликиане преследовали православных верующих и защищали свою ересь, ссылаясь на Священное Писание и вселенские соборы Церкви. Де Боор, пытаясь найти источник Георгия Монаха о павликианах, выяснил, что сведения о них отсутствуют как у Феофана (основного источника Монаха по правлению Константа), так и у Георгия Кедрена (XI в.) — последний, хотя и опирался на Георгия Монаха в описании этого периода, но не воспроизвел его данных о павликианах.
До наших дней дошли два рассказа о павликианах: один от патриарха Фотия, а другой от Петра Сицилийского, или Игумена.
Сходство между рассказами Фотия и Георгия Монаха позволяет предположить, что рассказ о павликианах мог быть добавлен в оригинальную «Хронику» или в архетип. Однако более вероятно, что Георгий Монах (который часто объединял два источника) и Фотий опирались на историю Петра Сицилийского.
Позднее Грегуар установил, что труд Петра Сицилийского был основным источником, из которого черпали сведения об истории и учении павликиан все повествования. В «Бревиарии» Никифора полностью опущено восхождение на престол и правление Константа, начиная с подавления восстания Валентиниана против Ираклия и Мартины в 641 году и заканчивая убийством Константа в Сицилии в 658 году. Этот пробел в тексте «Бревиария» представляет собой ещё одну неразрешимую проблему, не поддающуюся однозначному объяснению.
Гипотеза Брукса предлагает простое объяснение молчания Никифора о падении Александрии в 641 году: в рукописи мог быть утрачен фрагмент, охватывающий период с 641 по 668 год. Эта версия предполагает, что пробел существовал либо в оригинале, либо возник позднее при переписке. Чтобы подтвердить или опровергнуть её, необходимо выяснить: был ли манускрипт физически повреждён и когда и сколько текста исчезло.
Действительно, детальное до этого момента повествование Никифора о правлении Константина III и Ираклиона резко обрывается на описании капитуляции Валентина летом 641 года, тогда как Иоанн Никиуский сообщает о окончательном свержении Ираклиона и Мартины в сентябре того же года. Хотя рассказ Иоанна Никиуского искажен в процессе передачи, он почти несомненно восходит к его греческому источнику, который, по–видимому, был родственен источнику Никифора по периоду правления Ираклия. Более того, Моравчик убедительно доказал использование обоими авторами общего источника, приведя в качестве доказательства идентичные пассажи о булгарском правителе Куврате. Хотя финальные главы хроники Иоанна содержат хронологические несоответствия, его рассказ о мятеже Валентина 645 года и неудачной операции по возвращению Александрии, вероятно, также восходит к этому общему греческому источнику.
Следовательно, можно предположить, что источник хроники Никифора охватывал события вплоть до восшествия Константа на престол в октябре 641 года, и что в «Бревиарии» действительно произошла частичная утрата текста.
Однако ключевая проблема — сохранился ли оригинальный рассказ Никифора о 27-летнем правлении Константа II. Георгий Монах, частично использовавший Никифора при описании эпохи Ираклия, лишь кратко упомянул вступление на престол и правление Константина III, полностью опустив период Ираклиона, после чего перешел к заимствованиям из Феофана о Константе. Таким образом, «Хроника» Георгия Монаха не может дать однозначного ответа о состоянии «Бревиария» и характере его повествования в этом месте к середине IX века. Однако описание «Бревиария» Никифора в «Библиотеке» патриарха Фотия значимо, хотя и не является исчерпывающим.
«Библиотека», написанная до назначения Фотия константинопольским патриархом в 858 году, представляла собой краткий обзор и комментарий к светским и церковным авторам, прочитанным Фотием и его кругом, для его отсутствующего брата. В ней не было ссылки на рассказ Никифора о правлении Константа, из чего можно сделать вывод, что такого рассказа там не было. Молчание Фотия становится более значимым в сочетании с тем фактом, что в «Библиотеке» «История» Феофилакта Симокатты (№ 65) непосредственно предшествовала «Бревиарию» (№ 66) — в том же порядке, что и в Ватиканском кодексе (Vat. Graec. 977). Это позволяет предположить, что рукопись из библиотеки Фотия содержала оба произведения в одном кодексе, возможно, являвшемся прототипом Ватиканского. Следовательно, допустимо считать, что «Бревиарий» в известной Фотию версии был близок к сохранившемуся до наших дней.
Более того, рукописная традиция самого «Бревиария» однозначно опровергает теорию Брукса о том, что повествование обо всём правлении Константа было утрачено. «Бревиарий» сохранился в двух рукописях — Ватиканской (изданной де Боором) и Лондонской (частично изданной и изученной Орошем). Эти рукописи не восходят к общему архетипу, а представляют собой две различные версии «Бревиария», созданные самим Никифором. Лондонский кодекс IX века отражает более раннюю версию, тогда как Ватиканский кодекс XI-XII веков представляет собой стилистически переработанную и хронологически расширенную версию. Однако ни одна из версий не содержит описания правления Константа.
Патциг предположил, что Никифор сознательно опустил описание правления еретика Константа в «Бревиарии», поскольку оно было включено в Chronographikon Syntomon; однако это неправдоподобно. Трудно поверить, что константинопольский патриарх Никифор проигнорировал эти события, тогда как сирийские хронисты их записали. Скорее всего, у Никифора просто не было византийских источников об этом периоде.
Бруксу не удалось обосновать своё утверждение о существовании западного исторического источника по правлению Константа, который якобы независимо использовался Георгием Монахом, а в компании с восточным источником — Феофаном. Напротив, детальное изучение описания правления Константа в «Хронографии» доказало, что Феофан заимствовал своё повествование из восточного (т. е. сирийского) источника «Всемирной хроники».
Вывод об отсутствии византийских исторических источников по правлению Константа подтверждается нашими ограниченными знаниями об утраченных византийских хрониках VII века. «Большой Хронограф», сохранившийся, к сожалению, лишь фрагментарно, представлял собой последнюю редакцию официальной константинопольской хроники, составленную при Льве IV Хазаре или в период малолетства Константина VI. Фройнд идентифицировал его как источник Никифора для правления Ираклия. Возможно также предположительное отождествление византийского хроникального источника Феофана для правления Ираклия с народной хроникой, использованной Иоанном Антиохийским в середине IX века.
Грегуар, вслед за Крумбахером, установил, что существовала история в стиле Малалы, продолженная, предположительно в Константинополе, за пределы остановки труда Малалы (на правлении Юстиниана) как минимум до правлений Фоки и Ираклия, и что эта народная хроника ещё существовала в середине IX века, когда Иоанн Антиохийский создал её обработанную редакцию на учёном языке.
Отсутствие византийских нарративных источников по периоду правления Константа II (641-668) подтверждается тем фактом, что общий хронографический источник, использовавшийся как Феофаном, так и Никифором (возможно, Chronicon Syntomon патрикия Траяна), начинает последовательное изложение событий лишь с 668 года — момента воцарения Константина IV. Общие принципы византийского летописания предполагают, что автор, если бы это было возможно, начал бы своё повествование сразу после окончания хроники, которую он намеревался продолжить. Таким образом, отсутствие упоминаний о правлении Константа в Бревиарии Никифора объясняется тем, что у него попросту не было византийских источников, из которых он мог бы почерпнуть информацию.
Высказывалось предположение (хотя оно и не может быть окончательно доказано из–за недостатка оригинальных материалов), что Феофан воссоздал историю правления Константа исключительно на основе восточного источника — Всемирной хроники, — за неимением византийских данных. Более того, в этом месте Всемирная хроника, по–видимому, содержала три пространных и подробных фрагмента, которые, скорее всего, не входили в её первоначальный текст, а были вставлены, возможно, из другой, полной хроники.
Вопрос о точной природе Всемирной хроники, созданной в восточных провинциях империи (вероятно, в Сирии) и ставшей одним из основных источников Феофана по истории VII века, до сих пор изучен плохо. В целом она представляет собой краткий анналистический свод, в который в данном месте был вставлен более детализированный нарратив. То есть обычно она лаконична, но в этом месте вдруг появляется развёрнутый рассказ — явно чужеродный.
Невозможно с уверенностью определить характер, объём и происхождение этого интерполированного источника (вероятно, хроники), равно как и установить его автора. То же самое относится и к более обширной Всемирной хронике восточного происхождения, частью которой он (источник) являлся. Здесь необходимо было бы прежде всего детальное изучение сирийской хроникальной литературы, что выходит за рамки данной работы.
Брукс проследил общий источник, использованный Феофаном, Михаилом Сирийцем и «Хроникой до 846 года» монаха из Картамина. По его мнению, автором этого источника мог быть либо сириец Иоанн, сын Самуила, либо Феофил Эдесский, писавший вскоре после 746 года и ссылавшийся на неизвестную хронику, составленную в 724–731 годах. Этот источник попал к Феофану через посредничество мелькитского монаха из Палестины, писавшего по–гречески около 780 года, чьё сочинение было доставлено в Константинополь после разрушения сирийских монастырей в 813 году. К Михаилу Сирийцу он перешёл через Дионисия Телль–Махрского.
Однако теория Брукса основана на недостаточно широкой базе. Ситуация осложняется тем, что в «Хронике до 846 года» утрачены листы, охватывающие период с 611 по 692 год. Брукс не учёл также, что в повествовании о VII веке, особенно о правлении Константа, степень сходства между Феофаном и Михаилом Сирийцем гораздо выше, чем он предполагал, а также обнаруживаются параллели с хроникой Илии Нисибисского.
Доказано наличие трёх необычно пространных и детализированных фрагментов в восточной всемирной хронике, которые были воспроизведены Феофаном в его описании правления Константа. Эти отрывки содержат: описание морского сражения между арабским и византийским флотами у Финика в Ликии (655 г.), рассказ о мятеже Сабория Персогена в Армении (667 г.); изложение действий Константа в Константинополе, его убийства и восстания Мизизия в Сицилии (668 г.).
Кроме того, следы этого же подробного повествования, возможно, прослеживаются у Михаила Сирийца в рассказе о совместном правлении Константина IV с братьями (668 г.) и их низложении (681 г.), хотя это и не может быть подтверждено однозначно. Вероятно, данные фрагменты изначально входили в состав утраченной ныне полной хроники, которая была включена в анналистическую всемирную хронику.
Дата создания этой интерполированной хроники и имя её автора неизвестны. Достоверно можно утверждать лишь то, что она была составлена не позднее начала IX века — предполагаемого времени компиляции всемирной хроники.
Детализированный и, судя по всему, достоверный рассказ о встрече в Дамаске в 667 году между Муавией и послами Сабория (Сергием) и Константина (Андреем) может указывать на дамасское происхождение источника. Это предположение подтверждается и описанием морских приготовлений Муавии, завершившихся битвой у Финика. Однако части этого повествования были воспроизведены Илиёй Нисибисским, ссылавшимся в качестве источника на Иешуду, митрополита Басры.
«Хроника» Михаила Сирийца проливает мало света на проблему недостатка информации для точной реконструкции утраченного источника. Единственный источник, который он прямо называет, — это Дионисий Телль–Махрский; однако очевидно, что подробное изложение событий у Михаила основано не только на нём. Как отмечал Шабо, хронологическая путаница в описании событий середины VII века у Михаила Сирийца отчасти объясняется разнородностью использованных им источников, которые, однако, не поддаются точной идентификации или датировке.
Не исключено, что автором интерполированной хроники был Иешуда из Басры, чье сочинение приводилось во всех случаях, где наблюдается совпадение между Феофаном и Михаилом Сирийцем. Однако подтвердить это с уверенностью невозможно, поскольку неизвестны ни точное время жизни Иешуды, ни полный объём его сочинения. Вероятно, эта хроника, как и всемирная хроника, возникла в Сирии. Альтернативно, её могли составить либо антиохиец Иоанн Джебельский, либо Иоанн Кайсумский — авторы двух утраченных и недатированных источников, упомянутых Михаилом Сирийцем, но эти предположения также не поддаются проверке.
Таким образом, восточная всемирная хроника, использованная Феофаном, представляла собой компиляцию, основанную на несохранившихся источниках и созданную в начале IX века. Ориентировочной датой её составления можно считать 806 год, исходя из упоминания у Михаила Сирийца ошибок Константинопольского собора (680–681 гг.), допущенных «125 лет назад». Эта хроника, включившая в себя как неизвестный источник по правлению Константа, так и общий протограф для Феофана, Михаила Сирийца и монаха из Картамина, несомненно, была сирийского происхождения — о чём свидетельствует детальное знание локальных событий, включая разорение Арада, гибель епископов Апамеи и Эмесы, а также смутное представление о целях арабских набегов.
Для описания правления Константа Феофан, за неимением византийских источников, вынужден был полагаться исключительно на восточный протограф. Никифор же в Бревиарии ограничился краткой записью из Chronographikon Syntomon, сын Ираклия, правил 27 лет и был убит в Сицилии».
Примечательно, что два независимых византийских источника, созданных в Константинополе, обрываются на 641 годе — оба были современными сочинениями середины VII века. Следующим известным нам памятником стала «Хроника» патрикия Траяна (начало VIII века), основанная на устных преданиях и свидетельствах очевидцев. Описанный Пертузи как «краткий литературный ренессанс» период правления Ираклия контрастирует с полным отсутствием историографической активности при его преемниках.